Что произошло
29 января 2026 года вступил в силу Делегированный регламент (ЕС) 2026/46. Он официально включил Российскую Федерацию в перечень третьих стран ЕС с высоким уровнем риска в сфере противодействия отмыванию денег и финансированию терроризма (AML/CFT). Регламент вносит изменения в Делегированный регламент (ЕС) 2016/1675, который формирует этот перечень в рамках Директивы (ЕС) 2015/849 (4-я AML-директива) и её последующих редакций (5-й и 6-й AML-директив).
Обновлённый перечень действует напрямую во всех государствах — членах ЕС и автоматически активирует обязательства по усиленной проверке клиента (Enhanced Due Diligence, EDD), уже встроенные в национальное AML-законодательство. При этом каждое государство-член вправе по собственному усмотрению устанавливать более жёсткие требования, и некоторые этим пользуются.
К обязанным субъектам по AML-законодательству относятся финансовый сектор (банки, платёжные системы, поставщики услуг в сфере виртуальных активов / VASPs) и нефинансовый сектор (аудиторы, бухгалтеры, юристы, налоговые консультанты и прочие обязанные лица). Они обязаны применять усиленные требования. Но на практике эффект ощущают и компании, формально к обязанным субъектам не относящиеся: повышенное внимание со стороны банков, запросы на раскрытие информации о контрагентах, задержки платежей и риск потерять банковский счёт.
Что такое EDD и почему это важно
Масштабные санкционные ограничения уже заставили банки проводить глубокий анализ платежей в адрес российских банков. На практике это чаще всего означает отказ в таких платежах.
Включение России в список стран высокого риска создаёт дополнительную обязанность: банки и другие обязанные субъекты должны применять процедуры усиленной проверки (EDD) ко всем клиентам со связью с Россией (так называемый российский нексус, Russian nexus) и к их операциям, причём независимо от того, идут ли эти платежи в Россию.
На практике банк может запросить у вас:
- дополнительную идентификацию бенефициарных владельцев (UBO) и раскрытие структуры собственности;
- документальное подтверждение источника средств и источника благосостояния;
- объяснение характера деловых отношений и цели операций.
Помимо этого, банк самостоятельно, уже без участия клиента:
- получает согласование высшего руководства на продолжение отношений с вами;
- вводит усиленный текущий мониторинг всех операций по счёту.
Carnegie Endowment описывает разницу так: если стандартная проверка клиента (Customer Due Diligence, CDD) сводится к базовой верификации паспортных данных, адреса и доходов, то EDD представляет собой комплексный непрерывный мониторинг, который превращает каждую операцию в многоуровневый квест.
EDD не сводится к разовой проверке при открытии счёта. Это постоянное изменение режима обслуживания.
Российский нексус: кого это касается
Российский нексус означает существенную связь с Россией, при которой банк обязан применять усиленную проверку. Основные признаки:
- граждане России в составе бенефициарных владельцев (UBO), в том числе через цепочки юридических лиц;
- граждане России в совете директоров или в руководстве компании;
- платежи в адрес российских резидентов;
- капитал или активы российского происхождения.
ВНЖ или ПМЖ в ЕС статус нексуса не снимает. Директива ЕС оперирует понятием «лица из страны высокого риска» (ст. 18a(2)(c)), и привязка идёт к гражданству, а не к месту проживания.
Поскольку регуляторное давление на банки выше, чем формально требует закон, они вынуждены проявлять дополнительную осторожность: ужесточают собственные требования и снижают риск-аппетит. Триггером EDD могут стать и косвенные признаки:
- платежи гражданам России, даже если они проживают в ЕС;
- партнёры, у которых среди основателей или директоров есть граждане России, даже если сама компания зарегистрирована в ЕС, США или иной юрисдикции;
- общедоступная информация о связи контрагентов с Россией (СМИ, реестры, открытые источники).
Как накапливаются риски
Один признак нексуса для большинства банков ещё управляемая ситуация. Но риски редко остаются изолированными.
Рассмотрим типичный сценарий. Европейская компания, основатель которой является гражданином России и живёт в ЕС по ВНЖ, попадает под EDD по описанным выше основаниям. Банк фиксирует первый сигнал риска: нексус на уровне UBO. Клиент предоставляет документы, но на следующем шаге картина усложняется.
В ходе усиленной проверки банк анализирует операции клиента и обнаруживает, что часть контрагентов (например, сервис-провайдер или платёжный посредник по выплатам подрядчикам) тоже имеют российский нексус. Это второй сигнал.
Банк запрашивает дополнительные документы: пояснения о характере отношений с контрагентами, подтверждение источника средств, раскрытие структуры собственности партнёров. Решение о продолжении обслуживания эскалируется до руководства банка.
Если у банка возникают обоснованные подозрения, он обязан направить в профильный регулятор Сообщение о подозрительной операции (Suspicious Activity Report, SAR); название и структура этого органа в разных странах различаются. Но даже без SAR банк может прийти к выводу, что обслуживание клиента с несколькими признаками российского нексуса создаёт чрезмерную комплаенс-нагрузку и репутационный риск. Так возникает де-рискинг (de-risking): банк закрывает счёт.
Для клиента это означает ограниченные операции, невозможность платить контрагентам и подрядчикам, а поиск нового банка с сопоставимым риск-профилем может занять месяцы.
Не только банки
Банки — самый очевидный, но не единственный обязанный субъект, с которым бизнесу придётся иметь дело.
Бухгалтерские фирмы и аудиторы тоже подпадают под действие AML-законодательства и обязаны проводить проверку клиентов по тем же основаниям, что и банки. Но есть существенное отличие: банки анализируют операции выборочно, по конкретным критериям, тогда как бухгалтеры и аудиторы по умолчанию имеют доступ ко всей документации клиента и понимают суть каждой операции.
В ряде европейских стран бизнес уже сталкивается с отказами бухгалтерских фирм и аудиторов обслуживать компании, чья деятельность прямо или косвенно связана с Россией.
Для бизнеса это не менее критично, чем потеря банковского счёта: неподанные налоговые декларации и годовые отчёты ведут к штрафам, а в некоторых юрисдикциях даже к принудительному исключению компании из реестра (strike-off).
Итог
Регламент 2026/46 не вводит прямого запрета на работу с контрагентами, у которых есть российский нексус. Но он заметно изменил то, во что это обходится: вашему банку, вашему аудитору и в итоге вам самим.
Эта статья не оценивает соразмерность или правомерность решений банков и других обязанных субъектов. Она описывает механику принятия таких решений, чтобы вы могли оценить свою ситуацию заранее, а не тогда, когда платёж уже завис, счёт закрыт, а аудитор отказался от сотрудничества.
Если хотите понять, как ваша структура выглядит с точки зрения комплаенса, напишите нашей команде для 20-минутного аудита.
